Фотография Сары Мун, 1990-е годы.
Эпоха отказа от компенсаций
Современные тенденции 2020-х годов пронизаны эмоциональными и политическими сдвигами. Мы наблюдаем глобальный отказ от роли компенсатора чужих состояний. Женщины больше не обязаны восполнять эмоциональную незрелость мужчин. Дети перестали быть инструментом для решения неразрешенных психологических проблем родителей, особенно учитывая истощение, которое может передаваться с пренатального периода. На геополитической арене Россия отказывается играть роль «плохой России» для бывших советских республик и не берет на себя ответственность за санкционные последствия для всего мира.
На личном уровне автор заявляет об отказе подпитывать социально одобренные иллюзии, особенно касающиеся секса и моды. Эти две сферы исторически связаны через призму социальных норм и механизмов разрешения.
Rei Kawakubo для Comme des Garçons, 1980-1990-е.
Усталость от симуляции согласия
Становится утомительным имитировать согласие с тем, что русскоязычным женщинам на протяжении четверти века продают под видом явления моды. Эта симуляция бесполезна и приводит лишь к трате нервных ресурсов — как своих, так и чужих. Стандартные возражения вроде «Вы всё врёти!!! Все ткани одинаковые!» лишь подтверждают глубину проблемы непонимания.
Йоджи Ямамото на фотографии Сары Мун, вторая половина 1990-х.
Битва за смыслы: пример стиля «бохо»
Ярким примером борьбы за смыслы стала двухлетняя работа по легитимации стиля «бохо» в русскоязычном пространстве. Потребовался кропотливый сбор данных: что именно имеет право так называться, каковы его истоки и связь с другими направлениями. Результатом стал подробный текст и подборка слайдов, на которые теперь можно ссылаться, чтобы избежать бесконечных споров в комментариях. Это попытка систематизировать знания в среде, где за экспертизу не платят, но требуют постоянных доказательств.
Audrey Marnay для Vogue Italia, октябрь 1998. Фотограф Paolo Roversi.
Тактильный голод и разрыв поколений
Существует сложность в передаче тонких ощущений новому поколению. Как объяснить разницу между плёночной и цифровой фотографией тем, кто вырос на быстроразогреваемой еде? Это похоже на попытку описать ощущение настоящего шёлка на коже под летним ветром тому, кто его никогда не чувствовал. Проблема тактильного голода, ведущего к эмоциональному выгоранию и даже деменции, становится всё актуальнее, но её решение — задача для других специалистов, если они вообще заметят этот вызов поколения.
Линда Евангелиста, 1990-е.
Многообразие моды: от пика до профессии
Мода существует в нескольких ипостасях. Как пиковое переживание — это увлечение пятнадцатилетних и фэшн-инсайдеров (фэшиониста), поклоняющихся музыкантам. Как профессия — это работа редакторов, журналистов и тех же инсайдеров. Исторически существовала Высокая Мода (Haute Couture), обслуживавшая аристократию. В XX веке это явление переживало взлёты и падения, и к 1990-м годам во многом превратилось в рекламу — «двигатель торговли».
Линда Евангелиста, 1990-е.
Движение моды как социальный лифт
Отдельно стоит мода как категория уместности. Исторически её тренды распространялись сверху вниз: от аристократии к буржуазии, интеллигенции и рабочим. Существует и народный костюм, влияющий на все слои. Феномен XX века — обратное движение, «снизу вверх». Оно началось в 1960-е (вместе с влиянием музыки и зарождением бохо), продолжилось в 1970-е (хиппи и панки), достигло пика в 1990-е (гранж, героин-шик) и в 2000-е вылилось в бомжстайл как протест и в гламур как пародию на былую аристократию («гламурные зомби» вроде Леди Гаги).
Linda Evangelista для Calvin Klein, весна-лето 1991.
Paolo Roversi - Book Libretto - Juin 2000
Цифровая эра и обнуление
2010-е годы ознаменовались эрой Инстаграма и новой стадией развития всех процессов. А 2020 год с его локдауном привел к обнулению двух модных сезонов, поставив индустрию перед лицом беспрецедентных вызовов.
Issey Miyake, 1990-е.
Yohji Yamamoto, 1990-е.
Мода как код уместности
Именно как движение уместности мода отвечает на вечный вопрос «что надеть?». Как быть уместной в офисе, на светском рауте, на важной встрече или на собеседовании с разным уровнем дохода — это и есть практическое ядро модных законов.
Comme des Garcons by Paolo Roversi, 1990-2000-е.
Иллюзия простых решений
И здесь начинается самое интересное! Культура предлагает простые решения: «Каждой женщине нужно маленькое чёрное платье и красное сексапильное». *А ещё костюм «белый верх-тёмный низ»!* Это диавольское искушение — решить все стилистические задачи парой предметов. Но именно такая упрощенность приводит к тому, что «всё настолько плохо». Даже советы вроде «наденьте бусы с бантом, чтобы подчеркнуть творческую натуру» (при всей любви к бусам) лишь усугубляют ситуацию, предлагая клише вместо индивидуальности.
Paolo Roversi 'Mirror, Mirror' для Dior, лето 2016.
Взгляд в будущее
Как двигать этот огромный массив информации и опыта дальше? В условиях, которые автор метафорически описывает как «брезентовое поле» с «круглосуточным показом "едим дома"»? Ответ — осторожно и с иронией. «Как тот панк с косяком и лобзиком — "по загону и по приколу"», то есть сохраняя внутреннюю свободу и не принимая правила игры слишком серьезно.
Paolo Roversi 'Mirror, Mirror' для Dior, лето 2016.
#история моды от ольги таволги
#непрошенные советы от ольги таволги
#мода #мода и стиль #стиль
Спасибо за просмотр.
Лайк, если узнали что-то новое или подборка фотографий понравилась.
Дополнительные материалы
Больше интересных статей здесь: Мода.
Источник статьи: Движение моды из хх века в xxi.